Таласская битва

К 740-м гг. танский протекторат Аньси владел оазисными государствами Таримской впадины, а в 747 г. его полководец Гао Сяньчжи, танский военачальник когурёского происхождения, перешёл Памир и взял Малый Болор — союзника Тибета. В 750 г. он притворно заключил мир с царём Шаша (Ташкента), затем внезапно напал на город, захватил царя, перебил стариков и слабых и увёз огромную добычу; царя отправили в Чанъань, где его, по «Синь Тан шу», обезглавили. Сын царя бежал к соседним народам, которые, по китайским историям, решили призвать арабов против четырёх гарнизонов Аньси. В халифате Аббасиды только что свергли Омейядов, и Абу Муслим, новый наместник Хорасана, послал подкрепления своему военачальнику в Самарканде Зияду ибн Салиху.

По «Цзычжи тунцзянь», Гао Сяньчжи упредил противника: с 30 тыс. китайских и иноплеменных воинов (по жизнеописанию Ли Сые в «Цзю Тан шу» — с 20 тыс.) он прошёл более 700 ли и встретил арабов у города Талас. Пять дней ни одна сторона не могла взять верх; затем карлуки из войска Гао перешли к врагу и ударили по танцам с одной стороны, а арабы — с другой, и от армии уцелело лишь несколько тысяч человек. Ночью Ли Сые уговорил Гао Сяньчжи отступить; в теснине дорогу загородили бежавшие впереди союзные отряды Ферганы с людьми и вьючными животными, и Ли Сые расчистил путь, разя людей и коней дубиной, а Дуань Сюши пристыдил его и заставил остаться, чтобы собрать отставших. Арабские историки последующих веков писали о десятках тысяч убитых и пленных китайцев, а по аз-Захаби, карлуки с самого начала были союзниками Аббасидов. Китайские истории относят битву лишь к лету 751 г. — «Цзычжи тунцзянь» рассказывает о ней между записями конца мая и конца августа; июль называют К. Беквит и другие современные историки.

Среди пленных был Ду Хуань: он проехал по землям халифата, в 762 г. вернулся морем в Гуанчжоу и написал записки о западных странах, отрывки из которых привёл в «Тундяне» его родственник, историк Ду Ю; в Куфе Ду Хуань видел за работой китайских ремесленников — ткачей шёлка и живописцев, которых называет по именам. Рассказ о том, что пленные при Таласе китайцы принесли в Самарканд искусство делать бумагу, восходит к ас-Саалиби, писателю XI в.; ни арабские, ни китайские источники того времени об этом не говорят, и историки, например Дж. Блум, считают его легендой: бумагу в Самарканде знали за десятилетия до битвы, а в Центральной Азии — уже несколько веков. Не прекратилось сразу и китайское влияние: в 752–753 гг. ко двору Тан приезжали арабские посольства, а в 753 г. танские войска вернули Болор. Но мятеж Ань Лушаня в 755 г. вскоре заставил Тан отвести войска с запада, и В. В. Бартольд видел в Таласской битве событие, решившее, какой цивилизации — китайской или мусульманской — господствовать в Туркестане.